Самый лучший фильм

Последние несколько лет мне периодически приходится наблюдать различные студенческие КВН’ы — то еще зрелище, скажу вам. Само собой, ребята местами весьма неплохо шутят, но это скорее исключение из всеобщей унылости. На ребят ходят смотреть другие ребята, иногда девчата, которых объединяет одно: у них есть друзья среди выступающих. Болельщики, вообще, больше радуются не смешным хохмам, а именно что тому факту, что вон тот чувак — их друг. Достаточно круто они после выступления подкатывают к команде и, чтобы все видели, заводят панибратские беседы. «А я вот тут бухал вчера с КВН’щиками…» — рассказывают и понимающе глядят друг другу в глаза.

Сами же КВН’щики решили пойти на сцену вовсе не потому, что они, блядь, гении юмора и вот он, шанс раскрыться. Нет, первого обычно нет. Они идут потому что круто. Отсюда и милые сердцу штампы не первой свежести, общая предсказуемость и прочие атрибуты любительских капустников. Пожалуй, я соглашусь, что они куда более открыты, раскованы и общительны, чем средний человек, но иногда от них воротит. Потому что не гении юмора, а потому что круто.

Так вот, «Самый лучший фильм» — это как среднестатистический студенческий капустник. Все смотрят потому, что вот он, сука, Харламов: видели по телевизору, как родной. Вот он, сука, Павел Воля — девочки, писайте кипятком. Что бы они там не говорили, народная любовь обеспечена. Ну просто потому что. Все атрибуты среднестатистического провинциального КВН’а налицо: я знаю, что они именно они смешно пошутят через 10 секунд. А все почему? Дело же не в оригинальности: «Очень страшное кино» смотреть было весьма весело же, правда? Или вот шутки «Монти Пайтонов» не слишком изобретательны, но смешно же? Потому что от всего этого веет диким сарказмом, достаточно умным, но не настолько, чтобы можно было заскучать. В «Самом лучшем фильме» сарказма как такового нет, равно как нет и шуток. Тут есть факты: вот мы пошутили, что, типа, в кинотеатр насрали — галочка; вот мы над «Ночным дозором» — галочка. Таких галочек на самом деле очень много (они даже «Донни Дарко» вспомнили, хехе), но смешнее от этого не становится. Смеяться по факту редко кто умеет.

Я даже не знаю, улыбнулся ли я хоть раз за полтора часа. Максимум — хмыкал. «О да, это было смешно, хм-хм», «Забавно, хахаха. Ха?». Ну, и так далее. Фильм идет по конвейеру и даже не пытается развеселить. Он демонстрирует. А было бы что демонстрировать: пиздец же! Пиздец в том, что никто не смог достойно сыграть: всего три запомнившихся роли — Джигарханьян (как он согласился?), Нагиев и Галустян. Но последнему даже не дали раскрыться — позвали чисто по факту. Воля переиграл, Харламов уныл, отец Насти слишком гротескно-нелепен, чтобы можно было назвать его хорошо отыгравшим. Одно дело — играть в кино, другое — кривляться на КВН’е и Comedy Club’е.

А, да, о Comedy Club’е: шутки вполне в стиле. Разве что сжатые в пару минут миниатюр они смотрятся, но размазанные в более чем 5 минут отдают гнильцой. Апофеоз — битва на имитаторах мужских половых хуев. Ну, тут закрыть тряпочкой и в морг: мне даже жалко парней стало, какие большие надежды они возлагали на фильм, наверное.

Самое страшное — отсутствие какого-бы там ни было вкуса. Ну, не получилось смешно, понимаю. Но, блядь, когда даже ощущения нет, что получится — повод призадуматься. Пацаны тут говорят, что сценарий писало 5 человек. Так вот, если бы писало 7 — ну нихуя не изменилось бы. И даже если бы писало 2. И даже если бы один. Потому что непонятно, что они там вообще делали: склеивали куски, подгоняли пародии под другие фильмы, пичкали штампами что ли? Если едем в грузовике — обязательно «тот самый трек „Високосного года“», если драка, так обязательно «Матрица». Тьфу, млять.

И название. Я понимаю, если бы это была ирония. Так нет, Харламов говорит всему рунету, что это «просто прикольненько». Просто прикольненько, как и студенческий КВН.